В минувшую среду, 21 августа Объединенные Арабские Эмираты (ОАЭ) сделали значительный шаг, приняв верительные грамоты посла правительства Талибана в Афганистане, о чем сообщило ИА AP News. Это событие стало важным прорывом для Кабула и, возможно, первым официальным признанием нынешнего афганского правительства.
Уже на следующий день Казахстан аккредитовал представителя Афганистана в качестве временного поверенного в делах, подчеркнув «цель обеих стран — расширение торговли, экономического и гуманитарного сотрудничества». Однако заявление Астаны не было столь категоричным, как шаг, сделанный Абу-Даби, как пишет Эрик Руденшиолд для Caspian Policy.
![](/static/2024/08/26/photo_2024-08-26_15-02-50-AYDC-NVT.jpg)
Признание ОАЭ и дипломатические изменения: Дипломатическая победа Афганистана
Министерство иностранных дел в Кабуле подтвердило новость о Бадруддине Хаккани в сообщении на платформе социальных сетей X. Министерство не ответило на запросы о предоставлении информации о Хаккани, который ранее был посланником Талибана в ОАЭ.
Хаккани не является родственником исполняющего обязанности министра внутренних дел Сираджуддина Хаккани, который в июне встречался с лидером ОАЭ шейхом Мухаммедом бин Заидом Аль Нахайяном , но он из его команды.
«Сираджуддин Хаккани — нынешний лидер могущественной сети Хаккани, боевого движения, связанного с Талибаном, и признанный глобальным террористом. Он разыскивается Соединенными Штатами за участие в смертоносных атаках и также находится в нескольких санкционных списках», — сообщает ИА AP News.
В отдельном развитии событий в среду назначенный ООН эксперт по правам человека осудил решение Талибана не допускать его в Афганистан. Специальный докладчик по ситуации с правами человека в Афганистане Ричард Беннетт часто критиковал обращение Талибана с женщинами и девочками.
Беннетт заявил, что заявление Талибана о том, что они больше не будут предоставлять ему доступ в Афганистан, является «шагом назад и тревожным сигналом» относительно их взаимодействия с ООН и международным сообществом в области прав человека.
«Я призываю Талибан отменить свое решение и подтверждаю свою готовность и возможность отправиться в Афганистан», — сказал Беннетт.
Представитель МИД в Кабуле предупредил, что деятельность Беннета наносит ущерб интересам Афганистана и афганского народа.
«Было сочтено целесообразным, чтобы Беннетт продолжал свое непрофессиональное поведение, не выходя из своего офиса, а не утомляя себя ненужными поездками», — заявил в сообщении Associated Press пресс-секретарь Абдул Кахар Балхи.
Сложности дипломатического взаимодействия с Талибаном
Взаимодействие с Кабулом остается серьезным вызовом для дипломатов, несмотря на активные усилия афганских представителей добиться международного признания.
![](/static/2024/08/26/photo_2024-08-26_15-05-30-Be0Kxxhj.jpg)
Например, когда Китай принял посла от правительства Талибана в декабре 2023 года, Пекин был вынужден выпустить заявление, что это не является официальным признанием, после того как Кабул заявил обратное. Тем не менее, дипломатические контакты с режимом Талибана продолжают расширяться.
Несмотря на то, что Талибан остается изолированным от Запада, он стремится к двусторонним связям с крупными региональными державами. На прошлой неделе премьер-министр Узбекистана Абдулла Арипов прибыл в Афганистан с визитом самого высокого уровня среди иностранных официальных лиц с тех пор, как Талибан вернулся к власти в Афганистане три года назад.
Организация Объединенных Наций заявляет, что официальное признание Афганистана, находящегося под управлением Талибана, «практически невозможно», пока действуют ограничения в отношении женщин и девочек, Конференция «Дохинского процесса» по Афганистану под руководством ООН в июне 2024 года подтвердила, что Кабул
Отказ от признания и международные усилия
Предоставляя гуманитарную помощь опустошенной войной стране, Соединенные Штаты и европейские страны продолжают твердую линию, отрицающую официальное признание или взаимодействие с Талибаном.
Международное сообщество выражает обеспокоенность по поводу обращения афганского правительства с женщинами и девочками. В частности, Организация Объединенных Наций заявляет, что официальное признание Талибана «практически невозможно» из-за предполагаемых нарушений прав человека, находящихся под расследованием Международного уголовного суда.
На сегодняшний день 17 стран, включая все пять государств Центральной Азии, имеют посольства в Афганистане. Министерства иностранных дел этих стран подчеркивают, что основная цель присутствия посольств — содействие гуманитарной помощи и ограниченной торговле.
![](/static/2024/08/26/photo_2024-08-25_18-33-31-wejlrPY4-dsc9efRr.jpg)
Усиление контроля и ухудшение прав человека
Признание со стороны ОАЭ оказалось иронично подчеркнуто указом Министерства Талибана «по распространению добродетели и предотвращению порока», изданным в ту самую среду 21 августа, в день принятия верительных грамот. Этот указ, как сообщалось ранее, усиливает контроль над личными свободами, особенно над правами женщин. Афганские женщины теперь обязаны полностью закрывать свои тела и лица на публике, а также избегать контактов с мужчинами, с которыми они не состоят в родственных или брачных отношениях.
Экономическая изоляция и проблемы Афганистана
Афганистан остается одной из беднейших стран мира, сталкиваясь с продолжающейся экономической изоляцией и ухудшением уровня жизни.
Для стран-соседей Центральной Азии взаимодействие с правительством Талибана представляет собой сложное сочетание гуманитарной обязанности и возможности наладить торговые связи с потенциальным партнером в Южной Азии.
Президент Казахстана Касым-Жомарт Токаев заявил, что обеспечение активного участия Афганистана в межрегиональных отношениях имеет решающее значение для региональной стабильности, подчеркнув на встрече Организации Договора о коллективной безопасности в июне 2024 года в Алматы:
«…важность развития торговли и экономического сотрудничества с современным Афганистаном».
Узбекистан, со своей стороны, занял прагматичную позицию, как пишет Руденшиолд, сосредоточившись на предоставлении помощи и развитии инфраструктуры для будущих торговых коридоров, соединяющих Южную и Центральную Азию:
«Узбекистан занял прагматичный подход к отношениям с Кабулом, сосредоточившись на предоставлении международной помощи и энергоснабжении, а также на строительстве потенциальных торговых коридоров через страну в Пакистан и международных морских путей», — комментирует он.
В январе 2024 года Ташкент и Кабул отметили шестикратный рост двусторонней торговли и заключили новые торговые соглашения, способствующие развитию транспортных связей.
Будущее Афганистана и международное внимание
Несмотря на отдельные шаги по нормализации отношений с Кабулом, международная помощь Афганистану постепенно снижается. В 2023 году Великобритания сократила свой бюджет помощи Афганистану на три четверти, а Германия — с $444 млн долларов до $34 млн.
Хотя с момента прихода к власти Талибана Кабул получил более 7 миллиардов долларов международной помощи, в том числе 4 миллиарда долларов на гуманитарные нужды, как пишет Руденшиолд:
«Кабул по-прежнему зависит от иностранной помощи в плане продовольствия, энергии и других предметов первой необходимости», — добавляет аналитик.
Недавно Центр Каспийской политики опубликовал специальный подробный доклад о статусе Афганистана и его «тернистом пути к возрождению».
Продолжая анализ, приведенный в докладе Центра Каспийской политики, можно отметить, что доклад подчеркивает, что, несмотря на значительные вызовы, с которыми сталкивается руководство Талибана, Афганистан продолжает стремиться к налаживанию международных отношений и нормализации ситуации внутри страны. Однако ограничения, накладываемые правительством, особенно в отношении прав женщин и девочек, остаются ключевым препятствием для полноценного международного признания.
![](/static/2024/08/26/photo_2024-08-26_14-22-05-RDtpT3Tn.jpg)
Экономическое взаимодействие Талибана с Центральной Азией
Центральная Азия становится важным партнером для Афганистана, предлагая не только гуманитарную помощь, но и инфраструктурные и экономические возможности. Например, Казахстан и Узбекистан активно развивают торговлю с Афганистаном.
В частности, согласно докладу, Узбекистан видит в Афганистане перспективный путь для выхода на рынки Южной Азии через строительство железнодорожных и автомобильных коридоров. В январе 2024 года двусторонняя торговля между Узбекистаном и Афганистаном увеличилась в шесть раз, что подчеркивает рост экономического сотрудничества между странами.
Проблемы энергетической безопасности
Энергетические нужды Афганистана остаются критическими. Большая часть электроэнергии поступает в страну из Узбекистана, Таджикистана и Туркменистана. Однако Кабул сталкивается с серьезными финансовыми трудностями, что затрудняет своевременные выплаты за поставляемую энергию. Тем не менее, страны Центральной Азии продолжают поддерживать энергетическую инфраструктуру Афганистана, несмотря на возникшие задолженности.
Проекты, такие как линия электропередачи Туркменистан-Афганистан-Пакистан (ТАР), могут значительно улучшить положение страны, обеспечив ее стабильными поставками электроэнергии, как пишут CPC.
Экологические вызовы и водные ресурсы
Вопрос водных ресурсов также является критическим в отношениях между Афганистаном и его северными соседями. В 2024 году Кабул начал строительство канала Кош-Тепа, который может существенно повлиять на уровень воды в Амударье, что вызывает беспокойство в Узбекистане и Туркменистане.
Эти страны зависят от вод Амударьи для сельского хозяйства и гидроэнергетики. Казахстан и Узбекистан призвали к проведению тщательного анализа последствий строительства канала для всего региона.
Транспортная инфраструктура
Одним из главных направлений сотрудничества является развитие транспортной инфраструктуры. Три крупных железнодорожных проекта, инициированных Казахстаном, Узбекистаном и Туркменистаном, могут сыграть ключевую роль в интеграции Афганистана в региональную торговлю и обеспечении его устойчивого развития. Проекты, такие как транс-афганская железная дорога, направлены на сокращение времени транзита грузов и улучшение доступа Афганистана к международным рынкам.
Кабульский коридор как мост между Евразией и Южной Азией
Один из главных проектов, который рассматривается в докладе, — это развитие Кабульского коридора (железнодорожная магистраль "Термез – Найбабад – Логар – Харлачи"). Этот маршрут имеет стратегическое значение для стран Центральной Азии, поскольку связывает евразийскую железнодорожную сеть с портами Пакистана на юге Азии.
Проект направлен на усиление транзитного потенциала региона, что позволит привлечь значительные потоки грузов и возродить историческую роль Центральной Азии как перекрестка Великого шелкового пути, по сообщению Eurasia Today.
Кабульский коридор также способствует интеграции Афганистана в региональные и международные торговые маршруты, как пишет Index1520, предоставляя стране уникальные возможности для выхода из экономической изоляции. К 2030 году прогнозируется, что объем транзитных грузов через этот коридор достигнет 20 миллионов тонн в год, что сделает его важнейшим транспортным маршрутом не только для Центральной Азии, но и для Южной Азии, а также Европы.
Развитие инфраструктуры и поддержка международных инициатив
Параллельно с развитием Кабульского коридора, Центральная Азия активно участвует в других международных инициативах, таких как китайская программа «Один пояс, один путь» и европейская инициатива «Глобальные ворота», добавляет CABAR.asia. Эти программы направлены на укрепление транспортной инфраструктуры и улучшение связей между странами региона, а также на привлечение инвестиций и расширение торговых возможностей. Особое внимание уделяется развитию железнодорожных и автодорожных маршрутов, таких как «Китай — Кыргызстан — Узбекистан», который часто называют сухопутным Суэцким каналом.
Комментарии (0)